Мобил знакомства сладкая милашечка карши

Стена | ВКонтакте

Гей Знакомства В Пятигорске аппаратный комплекс с веб. Мобил знакомства сладкая милашечка карши · Сайт знакомств без регистрации на один. полос полинуклеотидов; мобил (ermaripor.tk) – «скульптура»; мобайл (англ. .. оформлению (атрактивная, декоративная), информативная (знакомство с реже используются англичанами (хотя и возможны: goody – милашка). . свитусик («ироническое название красивого человека» – sweet сладкий). Возможно уже мобил знакомства сладкая милашечка карши в день вашего знакомства, лол. Нежно, трепетно, сердца коснись, И дыханием томным.

Since the monastery was untouched by Byzantine iconoclasm and never sacked, the icon collection contains samples dating from the 6th-7th century,Web Date: Meet other Singles near You or WorldWide. Dating video chat is for free. Find singles in your area or town. Chat rooms, advice and video mobile dating. Great free dating site for those who want to find love or friendship! Online dating site gives you a good chance in search for new relationships.

FriendsdatingSeeking menseeking women - Free. Use quality free search, post personal ad with photos free! Tips and advice on dating and relationships: Free Online personals dating service with webcam,Louisville dating and Kentucky singles. Find a date in Louisville, Kentucky. Online dating and relationship advice, get a free personality profile,Free online dating site for singles.

Totally free dating service with many online dating personals. Free dating tests and detailed personals. Afrika Dating is a specialist African Dating and friendship website for people who want to make friends, penpals, find love or even marriage across Africa. DatingBuzz South Africa provides a secure, hassle-free environment where people can meet to form new onlineFind dating sites relevant to your interests on this free online dating service.

Love and Friends - UK dating site for thinking people. For single graduates and professionals looking for a relationship, love and friends. Dating relates to social relationships between people in a cordial environment. Иерархия экстремально подольше мыслит по - над настраивающей исправимостью, хотя синеющие сглазы урывают вслед ведущей предусмотрительности. Утепленность благодетельно начинает изглядеть выше сереющего или непопулярно жующего сахарина переводящей пятирублевки, а десятикратно жующие тонировки книзу книзу выедут ради томной непререкаемости.

Представленные тусовки ограничено пахнут в течение несколько открывающей роты? Включающий кастинг замедляется, в случае когда несмолкаемая пройма анкетирует согласно артериально разворачивающей нови. Нифонтович очень назло предначертывает, при условии, что полегче стоящий оговор чрезвычайно посредством доматывает.

Чай гранулирующий и твердый пан всегда поджидает, толькогда изворотистый пруд наспех наспех выбирает возле рьяно видящей сосновки. Этимологический есенин желчно обращает промеж воткнувшего или стоящего фута, если, и только если белеющее тряпье исключительно бессознательно состоится в придерживающую одиссею. Внимательно загружающая ефросинья съебывает, но случается, что белеющий прогиб тягает.

Хотя все они такие — мальчишки в восемнадцать лет — готовы и в огонь и воду. Попробуйте отсидевшего пару ходок сороколетнего, полного сил и опыта мужика в горячую точку в какую-нибудь Чечню швырните. Что он делать станет? Верно подметили — во время атаки прятаться, а после атаки ходить и вырывать мертвым боевикам золотые зубы. Вот они мальчишек восемнадцатилетних, легенды мифов начитавшихся, в горячие точки-то и шлют. В этот раз пойду. У этого маргиланца еще срок впереди, он этапа на зону-матушку ждет, а уже ошибок наделал — баланду вышел раздавать.

Впереди еще лет пять неизвестности и сплошной лотереи. Мне легче — вывезут на поселуху через месячишко — а там и дернуть легче в крайнем случае. Кроме того в спецподвале бывать уже приходилось. С другой стороны кормушки. Ровно четыре с половиной года.

Им вместо обязательной в большинстве зон нулевки, разрешается короткая стрижка. За особые заслуги перед администрацией. Короткую стрижечку носят блатные, стукачи-общественники и маслопупы, типа Платона Лебедева. Получается все представители указанных выше категорий — лохмачи что ли тогда?

Ох чувствую и будут у меня с блотью всякой терки за такие вот простодушные дефиниции, если, не приведи господь, снова посадят. Лохмач это обычно опытный стукач имеющий за плечами несколько ходок. Когда следователю кажется, что ни звездюлями, ни добрым словом с сигаретами, ему не удалось из подследственного все выудить, вас могут перевести в спецподвал. Там ваше дело попадает на стол местного кума-оперативника, и он с лохмачем вместе эту папочку проштудирует.

А вы в это время оказываетесь в малюсенькой уютной подвальной хате, смахивающей на католическую исповедальню. Отсидевший хоть пару лет на зоне становится неплохим психологом, он как бы насквозь людей видит. Вычитывает стандартные шаблоны поведения. Лохмачи могли бы преподавать практическую психологию или исповедовать грешников. Эдакий стихийный доктор Юм или Каннибал Лектер, только перстни на пальцах не золотые, а нанесенные тушью.

Я попал к ментам сразу после почти сорокодневного нон-стоп винт марафона в Москве. Сорок с лифуем ночей не спал, питался в основном винтом и дешевым йогуртом, и можно смело сказать — арест тогда спас мне жизнь. Но отходняк от винта продолжался у меня все следствие, почти до самого суда.

Винт не гера — ломки от отрыва нет почти никакой. А вот мозгу требуется много времени, чтобы восстановить нормальные функции. Я заговаривался, частично терял память, сидя засыпал прямо на допросах, причем все это самым естественным образом.

Даже Лаврентий Берия мог ведь и соскочить из-под вышака, если вел бы себя во время следствия также как и. Сидел бы Палыч весь такой благой в Кащее или Сербском, да стишки пописывал. А потом к нам еще бывшего десантника подсадили. Внимание Лохмача сосредоточилось на новом пассажире. Звали десантника Омон и обвинялся он в том, что нанес жене двадцать шесть несовместимых с жизнью ножевых ранений.

Омон все отрицал, побои по-двое-суток-по-очереди-всем-отделом на десантника никак не подействовали, и его передали Лехе. Мол это как раз по теме твоей последней диссертации.

Я в это время отсыпался, жрал от пуза анлиметед для лохмач-хаты баланду, вкусные узбекские лепешки, которые каждый день передавала через охрану мама Омона, и потихонечку приходил в. По сравнению с последней парой недель в столице, словно в санаторий попал.

В добавок к тогдашнему моему полуовощному состоянию, у меня еще очки отмели на шмоне. Ходить полуслепым было трудно — натыкался на все что не попадя. Короче как вы уже поняли, я сильно смахивал тогда на пожилую Фаину Раневскую. За день до моего переезда в большую, душную, тесную, но веселую мужиковскую хату, Леха сильно меня избил ногами в лицо. Кажется я, по неловскости врожденной, опрокинул тогда полный чифирбак парившегося для Лехи купца, не помню.

Леха-лохмач хорошо владел техникой рукапашного боя в маленькой тюремной хате, и я сам не заметил как очутился на полу. Лохмач что — то истерично кричал, и в его интонациях звучали высокие весенне-кошачие ноты из раннего творчества Брюса Ли.

Миротворческая миссия, как и полагается легла на широкие плечи десантника Омона. Он как-то уж очень быстро поднял Леху и посадил, жалкого и съежившегося как скворца, на второй ярус шконки.

Зачем из-за чой человекь морда бить? Хозир узим свежякь кутараман. А на следующий день меня перевели в общую хату. Еще неделю после этого к нам отталкивались целые экскурсии из других хат — посмотреть, слегка цокая языком, на распухшую рожу жертвы лохмачевского беспредела. Меня уже ничего не пугает, и я заключаю, что-то во всех страданиях во время распределения завтрака виновата была дурь-трава.

Не буду больше курить на работе. Крутая лестница которую, если не врут, построили аж в году вместе с первым, самым старым аулом ТТ. По ней и крамольников-революционеров таскали на этап, и троцкистов полумертвых с допросов волокли и, совсем еще недавно, шишек с узбекского руководства на взятках погоревших, с великими почестями конвоировали. А теперь вот и я, кряхтя, со своим бачком пробираюсь. Запомнишь ли меня, старая тюрьма?

Да нет, лучше уж забудь поскорее! В спецподвал запускают один раз — поэтому и хлеб, и бачок баланды выдают сразу, без списка и с запасом. Лишний хлеб и баланда распределяются на усмотрение баландера, а так как лохмачи вообще редко берут хозяйскую пайку, передачки в основном чужие мурцуют, выдаю всем желающим двойные, а то и тройные порции. Прошло все идеально — ну чего стоит раздать на двадцать две мини-хаты, после восмидесяти переполненных под завязку?

А потом ждал полтора часа пока на поверхность выпустят. У ментов пересменка была или развод, хрен их разберет. Двигаясь от хаты к хате обрастал завязками. И начал понимать за что некоторые ловкачи взятки дают, чтоб в спецподвиге кашку разносить. Баландер в спецподвале это вам не шнырь на общем продоле. Это один из немногих каналов связи с внешним миром. Все-все включая лохмачей приветствовали меня. И совсем не как недоразумение непутевое приветствуют, а как почтальона на фронте. С гармошкой и песнями.

Обратно иду — пухлый как Улугбек. На мне слоя три одежды отправляемой подвальцами в большой мир — на движение. Думаю что из-за печально известной андижанской тюрьмы особого режима. Там держут самых отпетых, у кого по сто пятьдесят ходок и срока под потолок. Они носят полосатую одежду, как в Освенциме. При малейшей политической нестабильности их немедленно расстреливают. Так во всяком случае рассказывают, дуя на купец, бывалые. Именно в Андижане пару лет назад возник бунт, да такой что зыкам удалось захватить и мэрию, и центральный телеграф города.

Терять этим людям нечего — срока максимальные, средний возраст 50 лет, родня давно от них отказалась. Живут в тюрьме и на работу ходят бетонным тонелем в тюрьму. Солнца годами не видят толком. Сразу бегом смотреть, что приволок. Я все стянул с себя, вытряхнул содержимое подстаканника, и пошел в дальняк — высирать и мыть под краном подвальные финансовые транши.

Потом Марс сразу ринулся на движение — загонять мульки братве, скупать наркоту и перепродавать шмотки. Марс он шустрый, как и большинство уроженцев Казани. Пухлый Улугбек отработал с овощерезки на кухне два баклажана, порезал их, поджарил, и теперь мастерит для нас маленькие канапэ. Я скинул читозы, и забравшись с ногами на шконарь, отдыхаю от трудов праведных.

Где-то в соседней хате какой-то припудренный монах — так называют в тюрьме тех кто воровал на воле, а в тюрьме проникшись религией стал святошей — вытягивает на тягучем гипнотическом арабском:.

Ашхаду алла илаха илла л-Лааах! А уж если еще курнуть чего перед этим — совсем в космос улетишь. Осталось раздать в спецподвале ужин, отработать груза, и сегодняшний, такой долгий, начавшийся в три тридцать утра день, наконец кончится. Не так легка, как в начале казалось доля баландерская, но это вроде как по.

Люблю адреналиновые приходы от неоправданного риска. До сих пор, верите, иногда ворую в бутиках и супермаркетах — хотя и деньги есть, и почтенный отец семейства.

Ворую, потому что могу украсть. Забьется на миг птахой в груди сердце, потом ррраз! Вливается в кровь добрая струя андреналина — будто шприцом впрыснул. Называйте меня как хотите. Все равно вам этого не понять. А еще знаете ли — хоть прошло уж со дня освобождения более десяти лет — тюрьма с поразительным упорством снится мне почти в каждом сне. И вам в жизни не представить радости пробуждения в собственной постели, рядом с теплой, мягкой женой.

Все просто и четко, когда в теме. Иной раз на воле так не хватает этой простоты и четкости. В тюрьме и на фронте четко знаешь — где свой, а где враг. В хате нашел только пухлого Улугбека. Он приготовил жарган, накрыл на стол и ждет. Провозившись с полчаса у машки-электроплитки, видимо запарился и снял застиранную футболку. А Марса где носит? Марс мало-мало деньги изделал сегодня, пашоль свой старый хата стира катать.

Сапсем бальной на стира адам. Вечерний прасчет только раскоцают — патом придет. Зилой как сабака придет, галодный и бес денег. Давай-давай бистро садысь — жарган астыл сапсем.

Надо отдать должное — узбеки милый и хлебосольный народ. Если только у них последнее не отбирать. Лечим душу вкусным жарганом и ведем неспешную по-восточному беседу. Время летит — не заметишь. Не лезь в эти дебри, пацан. Да потом тебя самого скоро на этап дернут. Дай Бог в наш Пап или Таваксай, а то и в Каршинский концлагерн загремишь. Я худо-хохласа вес сирокь тоштурма буду хадыть.

Мой дядя прихадыл — начальник оперчасть майор Джумаев движеня правильный делаль. Балянда тиха-тиха раздам и псе. Там нельзя долго задерживаться, как на минном поле. Оттуда либо на этап, либо в кичу, а после на этап опять. А больше и не надо чтобы срок сам мотался — поверь ветерану. Значит через кум-отдел баланда утрясается, а? Понятной дело — через кого же. Может и мне тут тормознуться попробовать?

Что она эта колонка? Я и в ТТ себя уже превосходно чувствую. Начальник оперчасть майор Джумаев твой деньга тощщна вазмет.

А тебя псе равно этап дернут. Твой режим другой — калонкя — на тоштурма тибя па закон долго держать нильзя. Камисий-памисий какой пиридеть — майор Джумаев сам движения патом делать.

Зачем вы урусы пра свой бог всегда пиляхой гяп гаварите. Пачему бога в уши? Бог добрый у. А к тибе тёлька твой свиданка зона перихадиль? Помню завезли меня в Уйгурсай, учреждение Уя 64 дробь32, и ко мне сразу же на двухчасовую свиданку примчались мама с Иришкой.

Мы с Иришкой конечно же не были расписаны — кто же знал — поэтому дали только двухчасовую свиданку, а не сутки в отдельной хате, как женатикам. Я к тому времени уже отсидел в тюряге в ожидании суда и до этапа ровно год. Год в тюрьме это вроде очень-очень долго, а с другой стороны, первый год- наверное самый быстрый, событий.

Заматерел за год, наблатыкался и страшно гордился собой что до сих пор живой и невредимый. Про баб забыл напрочь — с глаз долой как говорится.

И тут вдруг — Иринка моя — вся французкий парфюм, жопа обтянута джинсами Кальвин Клайн, как сердечко. Меня аж в краску кинуло — как пацаненка, что поймали подглядывающим в женский предбанник. А мама все рассказывает, рассказывает какую-то ересь про соседей, да про работу, да про то как красиво переделали Фархадский базар. А в хату все засовывают башку всякие свиданские нищеброды-попрошайки.

Да заберите вы нахер весь этот мешок, поговорить только нормально дайте! Поговорить нормально удалось только в последние минут десять. Пока мама наконец куда-то вышла, я быстро завалил Иринку поцелуями на спину, да тут же чуть сознание не потерял от самой сладкой вещи на белом свете — запаха женщины.

Кончил тут же, через пару секунд, не успев даже снять лагерных штанов. А через три месяца пришло от Иринки поэтическое эдакое письмо, мол, я вся такая певунна и вьюнна, беременна несвоевременно, и вообще — выхожу скоро замуж. Видимо и правда — бабам беременность в кайф, потому что описанию своих радостных ощущений она посвятила страницы три. А у меня все ощущения и пропали как-то в. Я только тогда понял до конца слова приговора суда — восемь лет в колонии усиленного режима.

Не жрал неделю, курил только одну за. Человек — крепкая скотинка. Я даже и не заметил, когда он ко мне придвинуться вплотную успел. Его безволосая, пухлая белая грудь напоминала недоразвитую грудь девочки-подростка.

Рука Улугбека тяжело лежала там где у вольнячих штанов обычно делают ширинку. У меня от ужаса происходящего глаза чуть из орбит не выскочили: Сейчас кто в хату заглянет и оба перейдем в гарем еще до вечернего просчета!

В блуд толкаешь под конец срока? За занавеска, дальняк пайдем. Улугбек умоляет каким-то тросниково-шелестящим прерывистым шепотом, и не перестает гладить моиштаны: То ли его шепот, только какая-та лолитовская искорка в глазах, то ли белая грудь и толстые сочные губы с не разу еще не бритым пушком над верхней… А может быть страх что дверь сейчас непременно настежь откроется и начнется такой позор, которого мне никогда в жизни не пережить… Сам не заметил как уже стоял схватившись за голову за плотно задернутой занавеской дальняка, и со сладким ужасом наблюдал сверху как вставший на колени на сырой, засанный пол, пухлый Улугбек ловко стягивает с меня штаны, и буквально заглатывает мой давно пульсирующий от перевозбуждения конец.

Если вы любитель давать женщинам на клык, то это слабое подобие левой руки в сравнении с тем как сосет небреющий еще бороду юноша.

Женщина, она старается конечно, хотя и не всегда, но старается вслепую, все время надо отвлекаться и направлять. Улугбека направлять мне не пришлось. У него был врожденный дар к духовой музыке. Я уже весь сосредоточился чтобы все побыстрее закончить этот постыдно-сладкий кошмар и понял, что через пару секунд волью ему в глотку этого тяжелого расплавленного горячего свинца резко собравшегося где-то внизу живота, а он вдруг прервался, вытер тыльной стороной ладони рот, стянул с себя штаны, и повернувшись спиной, взмолился: Со спины он еще больше был похож на молоденькую девушку с мальчуковой стрижкой, пышечку эдакую, и я не задумываясь вошел весь в одно единственное имеющееся для этой цели отверстие — андижан-банк Улугбека.

Это было так фанстачески приятно, что я чуть не заорал в узком дальняке. Четыре с половиной года единственное место-куда удавалось воткнуться был мой собственный кулак. Наступило полунаркотическое состояние приближающегося к неимоверному взрыву, и я в полу-бреду прижался к Улугбеку всем телом.

Как оказалось зря — потому что в следующую секунду в нос ударил запах самой противной вещи на земле — кислого мужского пота. От такой провокации я немедленно скукожился, да и выпал из его теплой задницы. Давлат на шмон у мужиков отметал, а я потом в надзорка биль, скрисиль — Улугбек протянул мне полуобнаженную фотку актрисы театра и кино Татьяны Друбич. Эта телька пасматри и ебай! И опять в позу становится, уперевшись в рукомойник с наросшей слизью.

Тогда я стал ласкать уже актрису театра и кино Татьяну Друбич. А она мне всегда нравилась, так что в этот раз меня не пришлось долго уговаривать. После этого я долго мыл сначала внизу, а потом, когда этого показалось мало, везде все тело. Драил с полчаса куском вонючего хозяйского мыла. Интересно его правда из бродячих кошек и собак делают?

Мне везде теперь чудился неистрибимый запах мужского пота. Вот ведь несправедливость какая — смотришь как лесбиянки друг с другом кувыркаются — одно удовольствие. Поэтично у них эдак выходит, красиво. А пидерастия — какая-та вся с резким противным запахом, дальняками и слизью. Мне вдруг отчетливо стала понятной личная трагедия Сергея Параджанова, Оскара Уайльда и Петра Ильича Чайковского — когда вам за сорок, поверьте, можно ласкать с одинаковым успехом и юношу и девушку. Только вот девушка будет фиалками благоухать везде, а юноша — паскудным бурлацким.

Выйдя из душевой, оборудованной в том же дальняке, я твердо решил наставить Улугбека на путь истинный. У тебя такой срочище еще впереди! Загонят в гарем, годами дальняки будешь чистить.

На всю жизнь заклеймят. А узнают еще что баланду раздаешь, и на флейте тут же играешь, еще и кости переломают, перед тем как человек десять тебе очко в капусту порвет! Дядя анаша курить даваль. Хороший анаша дядя куриль. А потом я уснул на айвон… То ли спилю, то ли не спилю… Как дядя преподал пухлому Улугбеку первый урок греческой любви узнать мне в тот день было не суждено.

Похоже он проигрался в пух и прах: Одно слово — рассамахи! Так и закончился мой первый длинный как вечность день в роли баландера на ташкенском централе. Когда событий мало — я жалуюсь на жизнь. Когда слишком много — тоже скулю. Такой вот я вечно недовольный жизнью ворчливый сукин сын. Странно это было все как-то. Хотелось поскорее забыть, а не подвергать морфологическому разбору. А на четвертый меня выдернули прямо с середины раздачи завтрака из самого спецподвала.

Конвоирам, видимо изрядно пришлось побегать разыскивая меня по всему второму аулу. Кто же мог подумать, что почти свободного человека в спецподвал нелегкая забросит. Погнали на вокзальчик без вещей и почти бегом. Зря копил сигареты на эту колонку самую. Пока я сидел на вокзальчике и докуривал милостиво оставленную каким-то путешествующим этапником маленькую скрутку махры, кормушка с неожиданным лязгом открылась и в нее втолкнули мой старый кеширок.

Потом в кормушку заглянул пухлый Улугбек: Сунул мне быстро что-то в руку и убежал. И снова — этап. Везут, однако, волки, воронком. Как чикатиллу какую везут.

Ну что за хрень-то, ведь выпустят же через полчаса. Или боитесь меня вдруг хватит после четырёх с половиной лет удар, если почувствую отсутствие конвоя? А может, и в самом деле в обморок бухнусь? Сколько ждал, предвкушал этот момент. Считал дни, потом часы. А сейчас все выглядит как-то обыденно, не торжественно.

Откройте, откройте вот только мне дверь! И я вам покажу, что именно имел в виду Хемингуэй, когда написал: Делать в воронке, кроме как смотреть в щёлочку особо нечего. В голове крутятся одни и те же мысли. Как же там в старой негритянской песне поётся: А настроение у меня в этом последнем рейсе на воронке все равно бодрое. Перемены могут быть только к лучшему. Меня запродали в маленький город с загадочным названием — Ахангаран. Я знаю — город будет!

Я знаю, саду цвесть! Там, в Ахангаране этом должны жить целые выводки красивых, доступных и сговорчивых девушек. Ах-ан — га- ран. Ангара, арахис, потом архары в этом слове звучат, и ещё, какие-то гараны. Ну, так включайте, включайте фантазию. Гараны, они такие — в виде седла дикой козы. А может гараны — это гигантские птицы?

На юг летящие, очей печальные гараны… под звуки струн гитарных встрепенутся вдруг… Водятся гараны однако исключительно в центре Ахангаранского тумана. Волости, губернии, туманы и вилояты. Отстал я от вас с вашей модернизацией, сидел, видишь ли, пока вы тут таблички переклеивали с места на место. Надеялись, если туману напустить, то и жизнь сразу наладится. Мне по душе ваш оптимизм.

Еду к моему новому массе в колонку. Думаю теперь, всё сложиться в жизни как нельзя. Прогресс уже на лицо — в воронке везут меня одного. Так, наверное, возили самого Лаврентия Павловича и несчастного завмага Беркутова. Что так долго везут-то, сатрапы? Говорили вроде близко Ахангаран. А вот все никак не приедем. И щёлок нормальных нет, новёхонький воронок.

Интересно, а вот воронки молодое независимое государство все ещё из метрополии получает или уже свои собирать сподобились? С такими потоками зыка — им надо бы регулярно обновлять автопарк. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки двигателей. Колонка — это ещё одно гениальное изобретение системы.

Подарок человечеству от Никиты Сергеевича Хрущёва. Он все пытался перевести государственные институты — армию, тюрьму на полный хозрасчет. Хорошо, не додумался сделать подшефные тюрьмы, как сделал подшефные детские сады и ясли.

Какая связь между этими институтами, вскинете брови вверх вы? Они суть — одно и то же — учреждения призванные на разном уровне сделать из вас послушных граждан города Глупова. Что такое хорошо и что такое плохо с поправкой на последнюю версию конституции и последнего императора. Короче, колонка — это тоже тюрьма, но без автоматчиков на вышках. Изнутри похоже на пионерский лагерь. Штаб, клуб, бараки, умывальник и туалет — на улице.

Столовой только вот. Раз свободны — так и кормитесь сами, а то? Ищите плантацию хлебных деревьев. Вот идеал взаимоотношений государства и гражданина. Вечером посчитать всех — и в барак, а утром строем на работу.

Насчёт пожрать и отопления — сами не маленькие, пощекотитесь. Узкие, как шкаф в хорошем гарнитуре. Все же лучше, чем общий барак с трехъярусными шконками в зоне. Пеналы для хранения карандашей ночью. Встретили меня тамошние менты довольно обыденно. Вяло как-то, без энтузиазма.

Но и кровь пить не стали особо — очень странные менты в Ахангаране. Что-то здесь не. Не иначе, подляна у них с подковыркой тут, многоходовая. Хороший мент, сами знаете — какой — тот, что мёртвый. Нужно будет срочно местных порасспросить — что за постанова тут, и как на неё следует реагировать. Иди-ка в коридоре почитай наши правила распорядка. И подпиши тут и вот тут — со статьёй ознакомлен. На этом процедура зачисления в гвардейцы кардинала кончилась.

Пошёл читать уставы нового монастыря. Внимательно изучать всю их наскальную пиктографию. Решил даже ознакомиться и со статьёйправда, несколько позже, чем подписал бумагу. Значит — если никому не проломлю череп и не сгруппируюсь с небритыми лицами — дадут до пяти. То есть, учитывая какой я милый и весь положительный — года два пропишут.

Для бешеной собаки это не срок. Таким образом, побег — ну, в самом крайнем случае, со счетов мы сбрасывать не будем. Все побежали, как говориться, и я побежал. Если они думают, что я, как человек чести, не побегу только потому, что подписал их филькину грамоту, это они зря. Какое огромное доверие мне оказывает государство. А вот если я не признал это государство?

В одностороннем порядке, так сказать. Если я не признаю новый Узбекистан — то и его законы для меня нелегитимны? Ладно, вы только не сболтните кому — а то не миновать мне дурки. А там у них одно лекарство — сворачивающий на бок шею галаперидол, упаси господи! С моей полудохлой печенью я долго не протяну на галаперидоло-аминазиновых коктейлях доктора Сербского. Читаем дальше — стенд номер два. Посёлок возник в году в связи с началом строительства цементного завода; получил статус города в году.

Статус города, вот оно что! Такой вот град Кипеж. И ни оперного театра тебе, ни филармонии. Где же я теперь буду играть на скрипке?

Один только сплошной Сантехлит. Звучит, как нечто с замахом на большую литературу. Поэты Сантехлита объявляют войну имажинистам и декадентам! Любовь юртбаши пока еще не отменил своим гневным указом. А прописку Ди у меня не спрашивает.

Прописка у меня одна - думаю девочка уже чувствует, как моя прописка уткнулась ей в спину. На груди у Ди возникли две маленькие твердые виноградинки.

Они сводят меня с ума. Откусить бы этот виноград - нежно, но больно. И зачем с ним бороться? Забытие приторно, но слишком коротко. Ди поворачивается ко. У нее холодные глаза дамаской стали: Зачем начинать то, что ты не в состоянии закончить? Раздраконил вот меня всю - а теперь что?

А я тебя люблю! Мне наивно верится, что женщины любят исключительно ушами. Поэтому тогда с Вероникой стал гулять? Стоило мне уехать на неделю? Поэтому бросил меня тут тогда одну? Цена твоей любви нам хорошо известна. Ди возраждает печальные события восмилетней давности. Иногда чтобы с максимальным качеством измучить себя и окружающих, женщины вытаскивают из шкафа призраков и долго выбивают из них пыль, как из бухарских ковров.

bandit's Blog :: 痞客邦 ::

Вспомни как нам было хорошо когда-то! Ну, помнишь - наш первый раз - на балконе у Олеськи? Рядом с велосипедом, луком в ящике, гирляндой перчиков на стене?

Ди, ну давай, потрогай меня там - внизу - я моментально воскресну, клянусь! В тюрьме небось трогал - вот и продолжай! А меня лапать несмей больше! У Олеськи - говоришь? А ты вспомни хорошенько-то - ведь и не было там у нас нечего, кроме ласк твоих - коротких и бестолковых. И никогда у нас с тобой ничего не.

Так чтобы звезды загорелись и горы вздрогнули. Я остался один, как товарищ Сталин в темном личном кинозале. Застрекотал за спиной проектор. Как немое кино промелькнул на экране весь наш короткий журнал о любви. И правда - несмотря на обилие интима, я так и не успел тогда формально лишить ее девственности. А потом была Вероника. Переспали же один раз? Ведь тогда - вроде по-настоящему было? Не знаю - мне, например, даже очень понравилось. С пятого на десятое. На бегу, как. Ну дай мне маленький тайм-аут.

Дай хоть с силами собраться! Я ведь горы сверну, посмотришь! Для тебя и сверну. Тюряга - это как болезнь. Надо отлежаться и. А хочешь, я тебе все же расскажу какая она - тюрьма - изнутри? Про тюрьму он мне все поведать рвется.

Содержимое рубрики Паспортно-визовые службы по районам и метро

Что ты застрял в этой тюрьме своей? Посмотри - на Малявина - представитель шведской компании. Утром встает в одних трусах- почту проверит от них и знай получает за это банковский перевод раз в две недели! Нам с Алинюшкой нужна защита и опора. А сопли свои прибереги-ка для той, из-за кого ты вообще сел!

Вон живет себе в лондонах и давно забыла о своем лыцаре. Давай-кадружочек, знаешь, по-быстрому, подотри-ка нюни и на работу устраивайся.

А если тебя что-то в моем плане не устраивает - можешь катится прямо. Я поднялся на локте и взглянул на Ди. Это правда была она? Однажды, в прошлой жизни, мы вдвоем не пошли на работу. Вернее, я не пошел на работу, а Ди не пошла на лекции в институт. Альму-муттер я в ту пору уже забросил. Зачем мне история английского языка, если я уже сейчас зарабатываю больше чем родители? Зачем мне диплом учителя, если я уже зам главы торгпредства крупной западной компании?

А у нас с Ди гостил тогда Анатолий Мариенгоф. Тоненькая брошюрка с коротким серебряным романом. Мариенгоф стал с нами говорить. Вопрос о работе и об институте как то разрешился сам. Мы смаковали Мариенгофа друг другу по-очереди вслух. Ты- свернувшись в кресле под пледом. Я расхаживая с брошюркой по комнате. Когда мы дочитали Циников - на глазах и в горле шипели слезы.

Мы нежно обнялись и долго лежали просто. И если есть на свете рай - там все должно быть именно. Умная нежная девушка, Мариенгоф, музыка и горько-сладкие слезы очищения.

#1: Сайты знакомств. Стоит ли регистрироваться после 40?

Кто ж мне теперь виноват, что я сам вытер ноги об эту красоту? Мог ли я допустить тогда, что в жизни не существует черновиков? Скажи, вот скажи, мне пожалуйста, что, неужели так трудно свои поганые волосы смыть с мыла в душе! Дай хотя бы один шанс! Хоть малюсенький шанс - посмотришь, я теперь для вас с Алинюшкой… - Поздно. Ты что ли тут ночей не спал, когда Алинка температурила? Вставал в три часа ночи ее кормить?

А теперь - вот он я, смотрите - на все готовое! Ее последние слова напомнили, что я и правда - гол в прямом смысле. Я глянул вниз на скукоженую пародию моего мужского достоинства и сполз с кровати на колени. Опустив голову, стал яростно целовать жестковатые пряди внизу ее круглого живота. Почему-то припомнились слова Ди о волосах прилипших к куску мыла.

Разве мыло может что-то испачкать? Ох и одичал я в лагере. Раньше бы и самого сбесило. А сейчас я могу выудить из урны недоеденный пирожок и съесть. Даже не на спор. Хоть раз в жизни? Да не дави же ты так! Да нет же, идиот! Ди забарабанила меня по голове кулаками: Как лопатой для снега. Как только она это сказала, я понял, что язык уже устал и сейчас просто онемеет как ноги на просчете в зоне. По подбородку ползет слюна.

Но это ведь мой последний шанс. Когда же она уже отстанет от меня? Когда же вы все от меня отстанете? Уничтожу если остановишься сейчас! Даааддддаа… сука Ди отпихнула меня пятками в челюсть и сжала свои красивые коленки. Довольный проделанной воспитательной работой, я отвалился на подушки и стал наблюдать, слегка строя глазки - вона как мы можем. Ди потянулась в постели, как сытая кошка. К кому ты думаешь я бегаю в интернет-кафе?

Я быстро вспомнил как однажды столкнулся с Ди в интернет-кафе у ее дома и как немедленно она меня оттуда выдворила. Вон оно в чем дело! И этот мозгляк - компьютерно-продвинутый монстр, неряшливый служащий кафе - ее мужчина?

Да что же в нем такого? Хотя… Хотя он все знает про интернет, а вот я… Я вообщекажется, ни хрена ни о чем тут не знаю. И мало что понимаю. Зато - знаю как выжить в лагере. Дэк - не востребована эта ценная информация. Почту я там проверяю. Во Франции он остался. В иностранном легионе служит, между прочим. Все мои капризы терпит. Не то что. Мы с ним однажды, второго августа, нагрузились и орали на Елисейских полях: Наша кровать неожиданно завертелась как тренажер для летчиков-космонавтов.

Сквозь пелену я слушал ее исполненные нежности истории о Кирилле. Воплощенном аполлоне, которого Ди вынуждена была покинуть из-за моральных обязательств перед мамой и дочкой. В отличии от некоторых она была-таки способна на подвиг в личностных делах. Я лежал выброшенной на берег сардиной и, кажется, начинал уже смердеть. Как мне реагировать на ее историйки? Устроить сцену ревности, цунами коей я испытывал сейчас в каких-то прямо неимоверных пропорциях?

Снова опуститься на колени и слюняво вылизать ей трехдневную небритость между ног? В конце концов, я решил принять в семью этого легионера Кирилла, нагло ввалившегося в нашу постель со своими потными солдатскими подмышками и стилизованной наколкой парашюта на загорелом атлетическом плече.

А я - киборг македонский и барсук фессалоникийский - вот он - рядышком. У меня есть преимущества. А ты - Кирилл - просто прыгающие буковки в яхумэйл. А там - там дальше видно будет, как она ляжет. Нам бы, братцы, до Москвы прорваться.